Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
21:03 

Мария

nemo me impune lacessit


Я тебя отвоюю у всех земель, у всех небес…

Марина Цветаева

Первое мое знакомство с Марией состоялась еще в далеком шестнадцатом веке. К моменту нашей встречи я был крепким девятнадцатилетним юношей. Расскажу немного о себе. Родился я в семье простой, ничем, в общем-то, от других семей нашего поселения не отличающейся. У отца моего на окраине города была небольшая лавка по ремонту и изготовлению обуви. В моей памяти он остался лысоватым сгорбленным стариком с крепкими руками и добродушным взглядом. Он частенько допоздна задерживался на работе, и хотя он вечно измышлял вразумительные оправдания, исходящий от него запах кислого вина говорил сам за себя. Мать притворялась, что верит всем его россказням, и угрюмо опускала взгляд над своим шитьем. Она вообще редко улыбалась, но и не кричала никогда. Так же как холодные ветра делают некогда плодородную почву черствой и потрескавшейся, так и жизненные невзгоды покрыли лицо и руки моей матери глубокими морщинами, а ее глаза заволокла печаль. Хотя у нее и не было постоянного места работы, ее быт был полон хлопот: иногда она помогала кухаркам в ближайшей пекарне, чаще же сидела дома и занималась воспитанием моих трех сестер и двух братьев, самому младшему из которых было два года.

Когда мне исполнилось тринадцать лет, родители перестали считать меня ребенком, и потому я был отправлен на заработки во благо семьи. Я работал подмастерьем у местного стеклодува, который жил в соседнем городе, на двести верст находящемся от моего родного дома, спал в подвальчике при мастерской и при первой же получке отправлял большую часть денег в отчий дом. Тех крох, что я оставлял для себя мне хватало, чтобы не умереть с голоду , да и по дому я тоски не испытывал, так что жизнь моя была вполне сносной. Несмотря на то, что в моем маленьком подвальчике было сыро и пахло дурно, но ведь не на улице я в самом деле жил, и хотя частенько приходилось ложиться с пустым желудком, все же сон мой был крепок, ибо душа моя была чиста, а разум покоен.
В тот день, когда судьбою мне было предначертано встретиться с моей Марией, я выполнял обычные рутинные задания грузчика в порту. И нашу первую с ней встречу я помню как сейчас…

Нещадно палящее в спину солнце, шум волн у края мостика, тяжелые бочки вина, которые мы должны были переносить на спине, крики чаек, и едкий, забивающий ноздри запах спирта и винограда. О, тогда был поистенне веселый день! В порт прибыли три корабля, трюмы которых нашей небольшой команде грузчиков велено было освободить от товара. В конце работы капитаном одного из судов нам даже была пожалована одна из бочек вина, которая была испита после тяжелого рабочего дня группой товарищей.

Уж не помню кем, но заплетающимся от алкоголя языком была поведана история о будто бы появившейся в нашем городе ведьме. Конечно, все приняли это за вымысел, но отчего-то мне захотелось проверить правдивость слов приятеля. То ли дало знать о себе вино, то ли это был просто азарт, разгулявшийся по молодости лет в крови, но уже через час я стоял напротив двери где, как поведал ранее товарищ, жила ведьма.

Первое, что я в ней увидел, были глаза. Зеленые, яркие, цвета весенней зелени. Увидев их, я потерял голову. А потом…

Потом она пригласила меня зайти в помещение. Помню, как мы познакомились, как она сама предложила мне погадать. Признаться, я тогда не поверил её способностям, а зря, как выяснилось позже.

Она разложила на столе свои карты, складывая их в какую-то определенную последовательность и, помедлив, начала переворачивать одну за другой, попутно объясняя мне их значение.

-Вас ждет интересная судьба, сеньор. Вы будете долгое время скитаться, но в своих странствиях Вы будете не одни. Кто-то будет всегда рядом с Вами, помогая. – говорила мне Мария своим слегка хрипловатым, но от того не менее притягательным голосом.

О Санта Мария, как же она была права, предсказывая мою судьбу!

Дальнейшее проходило для меня как в тумане. Помню, как распрощался с ней на пороге её дома, а она еще долго глядела мне в след, помню, как на ватных ногах добрался до своего обиталища, как обессилено рухнул в одежде на кровать и как в голове всю ночь крутилась одна и та же мысль: «я люблю её…»

С того дня прекрасная девушка по имени Мария прочно засела в моих мыслях, стала постоянным спутником моих мечтаний, грез. Я думал о ней каждое мгновение, надеялся снова увидеться, но судьба не спешила преподносить мне столь щедрый дар.

Однажды, я все же пришел к твоему дому, но дверь оказалась заперта на замок, словно ты решила покинуть это место. О, как сложно мне было свыкнуться с мыслью, что я возможно никогда не увижу твоих зеленых глаз, не почувствую приятную шелковистость твоих пшенично-рыжих волос!

Помню, как в подавленном настроении бродил по улицам города, ища знакомый до боли образ. И вот однажды… Нет, я даже вначале не поверил, что это была ты – слишком быстро промелькнула перед глазами рыжеватая прядь. Но всё же что-то заставило последовать меня за мимолетным видением и какова была моя радость, когда в испуганной до дрожи девушке, одетой в рваные лохмотья я признал тебя, мой ангел!

И плевать, что за тобой открыла охоту инквизиция, плевать, что группа народа, особо верующих, узнав о твоем нынешнем месте жительства, уже поджидала тебя у порога, а часть их рыскала по городу, ища тебя, мне было все равно, что церковь уже готовила хворост на костер. В тот миг я не мог думать ни о чем, кроме как о нашей случайной встрече!

А ты… Ты смотрела в мои глаза и удивлялась. Что мне все равно, что ты ведьма, ибо я не верую в предрассудки своего времени, как остальные. Я вижу в тебе не отродье дьявола, нет. Для меня ты светлый ангел, сошедший с небес, которого я должен оберегать. Если в этой эпохе ещё верят в настоящую любовь, то вот она…

Возможно, именно поэтому, когда верные приверженцы инквизиции уже почти поймали нас, ты взяла мою руку и мы вместе ушли.
В другую эпоху, в другую страну.

Да, моя Мария! Сама толком не разбираясь в своих способностях, ты перехитрила смерть, переместив нас подальше от грязных лап палачей!




Но ты знаешь, ведь гончие взяли мой след,
Твои серые гончие взяли мой след,
Темноглазые гончие взяли мой след,
И не знать мне ни сна, ни покоя…

«Королевская охота», Хелависа

Но куда привел нас твой чудесный дар? Что за удивительный город открылся нашим глазам? Я чувствовал себя маленьким, неразумным ребенком в этом новом, завораживающем мире. Здесь всё было не так, как в нашей эпохе. По улицам ездили какие-то механические чудовища. Они пыхтели, издавали ужасный, смрадный запах, внутри них будто что-то кипело и двигалось.

Немногим позже, мы узнали, что это механические чудовища носят название «автомобилей». Первое время я честно думал, что место нашего нынешнего пребывания – пекло ада, так было нам все незнакомо и непонятно. Но вскоре мы осознали, что очутились на многие лета вперед. Однако, как все изменилось за прошедшие столетия!

Девушки уже не носили пышных платьев, теперь длинна их одежд достигала уровня колен, а порой попадались сеньоры и вообще в мужских одеяниях, знатные дамы лишь изредка украшали свои головы сложными по строению прическами. Женщины старались меньше зависеть от мужчин, они вполне могла сами содержать свою семью и притом найти себе хорошую работу. Не знаю, как бы мы с Мари выжили в этом мире, если бы не встретили мадам Лан. Ей было уже около шестидесяти, но она не была немощна, как то часто случалось в нашем времени. Для нашего периода это был весьма редкий возраст.

Она успешно содержала небольшую кондитерскую, благо этого хватало ей чтобы жить нормально и не отказывать себе в обычных потребностях.

Но у неё был один недуг. С каждым годом её зрение ухудшалось и потому мадам приходилось носить очки с очень толстыми стеклами, чтобы хоть что-то разглядеть. Иногда этим обстоятельством пользовались недобросовестные покупатели, чтобы обмануть продавщицу, но каким-то удивительным образом ей удавалось пресекать такие попытки, иначе бы её кондитерская совсем разорилась.

Нам с Мари до сих пор интересно, как мадам, несмотря на свое зрение, удавалось так готовить различные кондитерские сладости.

-Всё дело в моих руках, - объясняла она. – Мать тоже была кондитером и сколько себя помню, я постоянно проводило время с ней, помогая готовить или украшать изделия. Моим рукам настолько запомнился каждый рецепт, проделанный по десяткам раз, что, пожалуй, я способна приготовить все сладости с закрытыми глазами. – После этих слов она весело смеялась, но мы-то понимали, НАСКОЛЬКО ей не хватало здорового зрения. Она не могла разглядеть свою недавно родившуюся внучку, полюбоваться чудесными, небесно – голубыми глазами девчушки, чуть вздернутым, курносым носиком, пухлыми щечками, лишь ощущала ладонями тепло ребенка и мягкость новорожденного тельца. Она никогда не выходила одна на улицу, необходимо было, что бы кто-то её сопровождал, практически не способна была разглядеть небесный костер заката и умиротворяющую картину восхода, буйство огненных красок осени, холодную белизну зимних пейзажей, усеянные цветами весенние поля и пряные картины летних полей и лесов. Мадам редко общалась с другими людьми, но при этом, в любом случае, оставалась искренне доброжелательна и отзывчива.

Наверное, поэтому она приютила нас у себя. Нам с Мари была выделена небольшая комнатка, а за это мы помогали в кондитерской. Иногда Мари даже удавалось готовить вместе с мадам, хотя чаше мы просто наводили по всему помещению порядок. Вскоре, мой ангел научилась использовать свою силу, чтобы убираться в комнатах, и мы вместе с ней втихую занимались такой вот магической практикой. Мне было отчего-то приятно наблюдать, как под легким движением Марии, вещи приводились в действие и спешили занять нужное место. За всеми этими делами мы успели забыть и о костре, некогда ожидавшем мою волшебницу и о преследовании со стороны церкви.

Ныне это вечный храм веры не играл такой большой роли в жизни людей: мужчины и женщины стали раскованнее в своих желаниях, чувствах. У них не вызывали священный ужас обещания худших мук ада, которыми некогда пугали нас священные люди, некоторые из них начинали разуверяться в Боге, а некоторые и вовсе не считали, что он мог существовать, отдавая предпочтение позициям и предположениям ученых.
Казалось, ничего не предвещало беды и мы с Мари уже думали обзавестись своим домом и семьей, но…

В тот день шел проливной дождь. Я и мой ангел стояли у окна, в которое без
остановки били холодные капли дождя, и смотрели вдаль. Отчего-то на душе у нас обоих было неспокойно, и ощущалась непонятная грусть, душевное опустошение, словно перед долгой разлукой. О, как бы мне хотелось, чтобы тот день никогда не наступал!

Но ничего не изменить - и вот уже дверь кондитерской сотрясается от стуков и ударов.

-Этот пришли за нами…- прошептали твои вмиг побледневшие губы, а в некогда полных радости и счастья зеленых глазах плескалось отчаяние.

Снова охота, только на этот раз она закончится более изощренно, чем просто костер. Людям интересно, откуда у человека могут появиться такие способности, как у тебя, они давно перестали верить в чудеса. И потому им необходимы логические доказательства. Им нужно провести над тобой различное количество опытов, истязать твоё тело различными препаратами для проверки реакций твоего организма… А ещё скоро должна разразиться война и такие как ты, должны послужить на благо страны.

Ты смотришь на меня, и в твоих глазах я читаю решение того, что ты сейчас собираешься проделать. Нам жалко оставлять мадам Лан, но ничего не поделать. Ты как тогда берешь меня за руку, и мы снова проваливаемся в неизвестность, небытие, перемещаемся через десятилетия, но…

Один из преследователей успевает выстрелить мне в руку, и я рефлекторно разъединяю её с твоей, уже один продолжая своё путешествие сквозь время и пространство…



Но ты помни меня, помни меня….

«Охота на птиц», Анарион


Молодой мэр стоял возле нового здания детского сада и произносил торжественную речь по поводу открытия. Толпа людей, собравшихся вокруг огражденного места возле первых ступеней здания, где находился чиновник, внимательно вслушивалась в слова мужчины. Некоторая часть народа относилась к такому строительству весьма скептически, полагая, что это всего лишь один из коммерческих ходов нового градоправителя для поддержания своего авторитета перед согражданами. Другую же половину вполне устраивало такое течение дел, ибо родителям наконец-то не придется бороться за место для своих любимых чад, благо теперь места в детских садах всем хватит.
Мэр заверял сомневающуюся половину в том, что это только начало, что теперь он будет пытаться улучшать состояние жизни жителей города и люди, прислушиваясь к его речам, начинали ему верить.

-Н-да, Саша, похоже, у тебя определенно талант убеждать людей,- довольно говорил Глеб, после выступления своему давнему другу, а теперь и мэру города Бертранову Александру Борисовичу. – И вид у тебя был такой, как у доблестного рыцаря. - Усмехнулся друг, вспоминая давнюю шутку, связанную с неким намеком на средневековье в фамилии мэра. Мужчина же пропустил эту усмешку мимо ушей - ему хотелось вернуться скорее домой, обнять горячо любимого сына, почувствовать семейный уют. Впрочем, зачем себя обманывать? О семейном уюте в их доме можно было говорить только про отца и сына - вот уж крепкие узы связывали этих двух мужчин.

Сыну Александра, Диме летом исполнилось шесть лет. Он был сильно похож на отца, только вот глаза мальчишки были зеленые, каких не было ни у матери, ни у отца. Александра вначале смутил этот факт, но видя сильное сходство Димки с собой, он предпочел приписать необычный цвет глаз игре ДНК и генетике. Может в роду был кто-то зеленоглазый…

Погрузившись в свои мысли, мэр не заметил, как быстро пролетел торжественный ужин по поводу открытия детского сада и вот он уже стоял на пороге своего дома.

-Почему ты не взял меня с собой, Саша? Разве я недостаточно делаю для тебя, чтобы мой муж взял меня с собой на праздник?- Тут же послышался недовольный голос жены мэра с гостиной.

«Она даже не вышла меня поприветствовать, а ведь знает, как я устаю после таких вот мероприятий…»- с тоской подумал мужчина, заходя в зал.

Жена его возлежала на подушках дивана, и могло показаться, будто она только что вернулась с какой-то утомительной работы, но на самом деле это было совсем не так…

Юля презрительно скривила свои пухлые губы, смотря на мужа, и осуждающе произнесла:

-Ты оставил меня дома одну, страдать от одиночества! Вместо разговоров с интересными и влиятельными людьми мне пришлось провести время на природе с твоим сыном,- жена мэра иногда почему-то забывала, что Димка и её сын тоже.- Представь себе, этот глупый ребенок захотел исследовать озеро и, не подумав, полез туда…- она произнесла это в запале, и уже потом поняла, что говорить о произошедшем мужу не стоило, зная, как он любит Димку.

Лицо мэра исказила гримаса презрения и ненависти. Эта глупая женщина, которую он по ошибке называет своей женой, чуть не погубила их сына!

-И что же было дальше, дорогая? – спросил Александр, а в голосе его послышались грозные нотки. Женщина с испугом посмотрела на мужа и дрожащим голосом прошептала:

-Милый, не волнуйся ты так, всё в порядке, Димка жив. Его спасла какая-то женщина…

-Какая ещё женщина?- удивился мужчина.

-Не знаю… Я плохо её запомнила, но у неё были такие зеленые глаза…-Дальнейшие объяснения женщины потонули в фальшиво - горьких всхлипах и рыданиях.

Мэр не обращал на раскаяния жены никакого внимания. Из его памяти вдруг начали всплывать картины прошлого. Вот старый мужчина возвращает ему утерянный бумажник, вот немолодая женщина протягивает ему букет полевых цветов, а он глупо улыбается ей, ведь у него только что родился сын, его маленький Димка. Вот щуплый юноша, спасший его от летящего на юного Сашку автомобиля. И таких когда-то сделавших ему добро людей немало… Мэр не помнит точных черт этих людей, но вот их глаза… У всех без исключения были пронзительно-зеленые глаза, такие живые и знакомые.

Мужчина опустился на пол и закрыл лицо руками, пытаясь остановить рвущийся наружу поток слез от нахлынувших картин и событий прошлого, того самого, что он, по непонятным причинам, забыл. Он вспомнил до боли знакомые зеленые глаза когда-то давно любимой женщины и её облик постепенно всплывал в его памяти… Он наконец-то вспомнил свою Мари…



«…За окном снова снег. Сколько же раз я видел, как падают белые хлопья, и все не устаю глядеть на них. Как глядел бы в твои глаза, Мария…Часто я думаю: зачем ты пришла в мою жизнь, волшебница, зачем оборвала гладкую нить моей жизни. Я был молод, силен, у меня была бы жена, ремесло, семья, сыновья и на смертном одре священник бы отпустил мне все грехи…О чем же еще мечтать человеку! Не-ет, я глупец. Мечтать? Об этом? О том чтобы быль слепым? Нет, Мария. Тебя дала мне судьба. Я увидел весь мир, время скользило сквозь мои пальцы, и вечность лежала у нас на ладонях. Разве мог человек об этом мечтать! Ты дала мне все. И если бы я мог прожить жизнь еще раз, я прошел бы через ворота Ада чтобы только раз еще взглянуть в твои зеленые глаза…

За окном падает снег. Я стар, Мария. Скоро оборвется моя нить. Где ты? Где же ты, Мария?»

Старец отложил перо и убрал чернильницу. Пока он писал, огонь в очаге погас, и в доме стало холодно. Он стал рыться в письменном столе в поисках спичек, но его мысли все еще были далеко. Ветер завывал в щелях старого дома, протяжно, грустно, как будто оплакивал умирающую природу.

«Где же чертовы спички…»- И тут… Тук-тук. Стук в дверь. Бертран не реагировал. - «Где же спички?» Тук - тук. Старец опомнился.

-Кого принесло то в такую погоду? - думал он. Подойдя к двери, он отодвинул тяжелый засов и дверь со скрипом открылась, впустив в дом целую стайку снежинок.

-Кто здесь?

-Служба доставки спичек.- Лучезарно улыбаясь, сказала девушка с изумрудными глазами.

   

Фэнтэзи-рассказы

главная